Боль усиливалась

Боль усиливалась. Не та, к которой я уже привыкла. Другая. Глубже. Тяжелее. Голова будто наливалась изнутри. Каждое движение — как удар. Каждый звук — как эхо в пустоте. Я снова нажимала кнопку вызова. Снова просила помочь. Снова плакала. Врачи приходили. Смотрели. Переглядывались. Прокалывали голову. Брали жидкость. Проверяли. Я лежала и ждала, что сейчас скажут: «Мы всё поняли. Сейчас станет легче». Но однажды они сели рядом. Тихо. И сказали: — Мы не знаем, чем тебе помочь. В тот момент стало по-настоящему страшно. Не от боли. Не от операций. Не от обмороков. Страшно от пустоты. Если они не знают… то кто знает? Я смотрела в потолок и впервые подумала, что могу так и остаться — между болью и неизвестностью. Беременная. Слабая. Не понимающая, что происходит с моим телом. И тогда я приняла единственное решение, которое могла принять. Я буду держаться. Даже если никто не может объяснить, что со мной. Даже если придётся идти вслепую. Потому что внутри меня жила жизнь. И я не имела права сдаться.